Кавказская война. Имам Гази-Мухаммад

19 Декабрь 2009 2394

Родословная первого имама

Имам Гази-МухаммадИмам Шамиль был продолжателем дела, основанного предыдущими имамами Гази-Мухаммадом и Хамзат-беком. Если и есть какие-то различия в ведении дел, то нельзя выставлять Шамиля отличным от обоих имамов.

К примеру, первым, кто собрал достоверные (сахих) хадисы, является имам Бухари (Мухаммад бину Исмаил). После него книгу достоверных хадисов собрал имам Муслим (Муслим бину Хаджадж). Он собрал книгу хадисов (сахих) после встречи и учебы у Бухари и ознакомления с его сборником хадисов. Поэтому говорят, что если бы не было Бухари, то и Муслима бы не было. Подобно этому можно сказать, что не будь Гази-Мухаммада, то не было бы и Шамиля. Гази-Мухаммад был старше Шамиля на несколько лет, он всюду брал его с собой и сам обучил его. Так Шамиль получил хорошее богословское образование. Мы не в состоянии говорить об уровне и степени этих великих людей. Да и не ставим такой цели. Историк должен показать факты, не искажая сути. Для этого мы вкратце дадим описание каждого имама.

Имам Гази-Мухаммад

Предки имама Гази-Мухаммада происходили из селения Урада. Известный богослов, алим Ибрахим аль Уради является его прапрадедушкой. Ибрахим аль Уради выиграл в диспуте в Мекке во время хаджа и после этого был назначен шерифом Мекки. По возвращении из Мекки его сопровождал один араб. Умер Ибрахим-хаджи аль Уради во время эпидемии холеры в 1176 году хиджры, то есть в 1760 году. Похоронен он на сельском кладбище села Урада (ныне Шамилевского района). Один из его сыновей известен как видный ученый Хаджи аль Уради. Хаджи имел сына по имени Исмаил. Исмаил подростком отправился по селам ради изучения наук. Так он попал в селение Унцукуль. (Раньше мутааллимы отправлялись в то село, где был хороший учитель и более-менее хорошее содержание учащихся). Исмаил был скромным, спокойным парнем, и когда наступило время жениться, он ничего никому не говорил и проявлял скромность, полагая, что вряд ли кто ему поможет вдали от родного села. Однако житель Унцукуля Якуб взял его под свою опеку и стал обеспечивать всем необходимым.

Однажды между учениками и Исмаилом в мечети Унцукуля возник спор. Исмаил об этом рассказал Якубу. Якуб же очень переживал по этому поводу и посоветовал ему переселиться в селение Гимры. «Там, – сказал он –, хороший климат и зимой тепло, много алимов, и земля баракатная, с благодатью».

Исмаил послушался совета Якуба и перебрался в Гимры. Там он женился на девушке по имени Ханика. После Исмаил некоторое время прожил в Урада с женой, и потом они вновь вернулись в Гимры. К этому времени Исмаил стал уже признанным алимом. Многие просили его быть имамом в селении, но он не согласился. Он много лет проработал муэдзином в селении Каранай. Умер в Каранае, там же и похоронен. Но все мутааллимы обучались возле него. Гази-Мухаммад и Шамиль тоже получили у него хорошее базовое образование.

Исмаил женил своего сына Мухаммада на девушке Багистан, дочери Мухаммад-Султана из благородного рода. Она родила Мухаммаду троих детей – Гази-Мухаммада, Аминат и Патимат. Следовательно, отцом Гази-Мухаммада является Мухаммад, его отец Исмаил, его отец Хаджи, его отец Ибрахим аль Уради. Обеих сестер Гази-Мухаммада выдали замуж за двух братьев из рода Хаджилал: Патимат – за Гарабулата, Аминат – за Алибулата. Они оба тоже были алимами. У Аминат родились два сына и дочь. Сын Мухаммад был очень способным, обладал красивым голосом, имел красивый почерк, владел красноречием, читал проповеди. Он еще до женитьбы пал шахидом в битве при Ахульго от осколка орудийного выстрела, защищая Шулатлуль гох. Его брат Абдулла тоже был очень кротким парнем. Никому он никогда не говорил плохого слова, но и не усердствовал в богослужении. Однажды Гази-Мухаммад привел его на кладбище и спросил: «Ты видишь обитателей этих могил?» - «Да», – ответил тот. Тогда Гази-Мухаммад сказал: «Никого среди них нет, кто бы думал о том, что совершит богослужение позже. Ангел смерти никого не оставит после того, как наступит срок.

То малое, что сделаешь нынче, будет тебе лучше того большего, что ты оставил на потом. Поэтому делай так, чтобы потом не пожалел о пропущенном!».

Отец Гази-Мухаммада был известным мастером-кузнецом. Он также делал и серебряные изделия. Особенно мастерски устанавливал приклады к ружьям. Но, хоть и был ученым человеком, любил выпивать. Гази-Мухаммада это очень угнетало, он не знал как себя вести в этой ситуации. Однажды не выдержал и в гневе обратился к отцу: «О, отец, не одумаешься ли ты? Как можешь ты, будучи ученым человеком, вести себя так плохо? Ты погубил своего отца из-за такого поведения, теперь и я умру». Но никак отец не одумывался и Гази-Мухаммад вновь ушел из села продолжать учебу, дав слово, что больше не покажется на глаза отцу. Но вскоре ему пришлось вернуться – пришло известие о смерти отца. Пробыв семь дней на могиле, Гази-Мухаммад вновь отправился на учебу. Рассказывают, что однажды отец Гази-Мухаммада собрал всех зятьев и близких родственников и заявил: «Клянусь, я совершил много плохого, о чем сожалею. Завтра на джума–намазе попрошу прощения у джамаата, кто же не простит, тому выплачу то, что требуется. С сегодняшнего вечера пить не буду, и во всем плохом покаялся». Наутро его нашли мертвым.

Гази-Мухаммад же ходил от одного алима к другому и получил прекрасное образование. Но он скрывал от людей свое образование, и тем, кто спрашивал, отвечал, что изучает книгу по грамматике «Джами». Однажды известный в то время алим Саид Араканский пришел в Гимры по своим делам. Он спросил у гимринцев, знают ли они парня по имени Гази-Мухаммад, и какой у него уровень знания. Ему ответили, что Гази-Мухаммад говорит, что изучает грамматику по книге «Джами». «Оказывается, вы не знаете его, – сказал Саид, – он алим, которого трудно сыскать в наших краях. Ко мне проходил он учиться, а ушел, научив меня науке. Он другого склада человек, вы о нем потом узнаете».

Гази-Мухаммад был человек удивительных знаний и бесконечной любви к науке.

Однажды в Араканы отправились Шабан из Караная, Гази-Мухаммад и Шамиль (это был уже во второй раз). Там было около 30 учеников, изучающих книгу «Джавами». Тогда у Саида учились и те, кто завершали учебу, признанные алимы тоже. Гази-Мухаммад предложил вынуть жребий и тому, кто выиграет, учитель первым будет ставить урок. Выиграл Гази-Мухаммад. Каждый день первый урок читали Гази-Мухаммаду. Араканский до вечера бывал занят одним им. Гази-Мухаммад дискутировал, у него появлялись сомнения, и приходилось обращаться к разным источникам, так проходил целый день. Тогда другие ученики пожаловались учителю на то, что он целыми днями занят одним Гази-Мухаммадом, и они не могут получить уроки. Саид ответил: «Что же делать, друзья, не всегда бывает, что я вам читаю урок, бывает, что и мне некоторые читают». Тогда ученики потихоньку разошлись, видя, что не смогут получить уроки.

Газават, начавшийся по повелению Пророка (мир ему и благословение)

Гази-Мухаммад был алимом, строго придерживающимся Шариата и призывающим к этому других. Наследник Пророка (мир ему и благословение) делал наставления и указывал на запреты каждому, будь то правитель, аристократ или крестьянин. Примером этого может быть такой случай. Однажды Гази-Мухаммад получил через посыльного письмо от Арслан-хана, приглашающего его к себе. Арслан-хан был правителем Кумухского ханства, считавшегося в те годы самым сильным. Сам же Арслан-хан был поданным царской власти, имел чин генерал-майора, и получал жалованье. Надеясь на то, что тот желает принять и утвердить в своем владении Шариат, Гази-Мухаммад вместе с одним мюридом отправился к нему. В Гази-Кумухе он сначала посетил шейха Джамалудина, затем отправился к хану. Арслан-хан сразу стал упрекать Гази-Мухаммада за его деятельность, что он, мол, ввергает народы в беды, сеет смуту и нужно ему эту деятельность прекратить. Гази-Мухаммад ответил ему: «Я думал, что ты меня пригласил, желая установить Шариат, помочь этому. Что за подлые речи ты ведешь? Неужели тебе не известно, что надо следовать требованиям времени, и что людей сбившихся с истины в своем правлении, ты должен наставить на правильный путь? Если ты так будешь валяться на нарах, не обращая внимания на религию Аллаха, то завтра будешь гореть в Аду. Как ты низок! Еще не постеснялся пригласить меня для этого разговора сюда!». Мюриды Джамалудина Гази-Кумухского делали знаки Гази-Мухаммаду, чтобы тот не говорил так грубо, боясь, что этот злой правитель навредит имаму. Поняв их знаки, Гази-Мухаммад громко сказал: «Чего вы боитесь, что есть этот большой хан? Больше него и всех Всевышний! Не то что он, а весь мир не сможет ничего со мной сделать, если на то не будет воли Аллаха. Не боюсь я его нисколько!». Арслан-хан стал говорить, что Гази-Мухаммад гордится своими знаниями и умением говорить на арабском языке. Имам ответил ему: «Я, может быть, и горжусь тем, что изучил Ислам, и, следуя ему, наставляю и призываю людей к истине. Ты же, набравшись жира, лежа на тахте, попивая чай, чем гордишься?». Сказав это, Гази-Мухаммад демонстративно покинул хана, оставив его и прислугу в недоумении. Для Гази-Мухаммада был лозунгом хадис Пророка (мир ему и благословение): «Самый большой джихад – это справедливое слово, высказанное злому правителю».

Также несколько раз Шамхал Тарковский приглашал его к себе. Но имам не спешил с посещением. Он получил письмо шамхала с таким содержанием: «Салам и милость Аллаха вам! Ты отказался прибыть ко мне по моему приглашению, и мне кажется, что ты в чем-то сомневаешься. Я и на этот раз приглашаю тебя, хотелось бы, чтобы ты прибыл с моим посланцем. Прошу не отвергать мое приглашение. Ко мне приходят все алимы Дагестана, я их люблю, хоть сам и не алим. Вассалам! Остальное тебе расскажет посыльный». Гази-Мухаммад ответил: «Салам вам! Самое удивительное то, что ты пишешь: «Я люблю алимов и зову их к себе». Ты не знаешь цены науке. Если бы знал, то не приглашал бы алимов к себе, а сам посещал бы их. Потому что наука не приходит сама, ее посещают. Я не иду к правителям, а если у них ко мне есть дело, то пусть сами приходят ко мне, или на маджлисы, на которых я бываю. Вассалам!».

В то время, когда правители воспротивились и алимы расслабились, установить Шариат мог бы только избранный Всевышним человек. Гази-Мухаммаду, поистине, повеление на установление Шариата пришло от Аллаха. Это подтверждается тем, что написали ученые того времени, и то, что сам Шамиль рассказал. Досточтимый шейх Саид-афанди из Чиркея этой теме посвятил назму:

Все три имама – наследники Пророка (мир ему и благословение).

По повелению Аллаха Посланник Мухаммад (мир ему и благословение)

Прибыл к нам вместе с четырьмя халифами.

Для обновления основы Шариата с азов,

Из всех способных выбрали троих.

Имам Гази-Мухаммад, второй Хамзат-бек,

Шамиль – имамуль азам, рожденный для газавата.

Вот они трое львов – истинные муджтахиды,

С которыми сам Пророк (мир ему и благословение) заключил договор.

Основательно начало их имамства,

По поручению Пророка (мир ему и благословение) они вышли,

Сотворенные Всемогущим Аллахом для этого,

Не сравнятся иные с теми троими.

(Подстрочный перевод)

Гази-Мухаммад и Шамиль встали на халват (уединение) в местечке Сухой овраг, что неподалеку от села Гимры. Они там соорудили себе кельи, а между ними оставили небольшое окошечко для того, чтобы спрашивать друг у друга необходимое. Вот в таком положении они совершали богослужение. И в один день к ним пришли на зиярат Мухаммад Ярагский и Джамалудин Кази-Кумухский в сопровождении нескольких мюридов. Дойдя до дверей, Ярагский окликнул Гази-Мухаммада и попросил разрешения войти. Гази-Мухаммад выглянул и ответил Ярагскому, что не разрешает войти. Через короткое время Гази-Мухаммад вышел. Увидев его, Ярагский потерял самообладание. По дороге назад Джамалудин спросил у Ярагского, что значит отказ Гази-Мухаммада принять их и дальнейшее его поведение при виде имама. Ярагский ответил: « Я попросил разрешения войти у Гази-Мухаммада, потому что увидел нур (сияние) Пророка (мир ему и благословение) внутри. Гази-Мухаммад не разрешил войти, так как Пророк (мир ему и благословение) не позволил ему. Когда Гази-Мухаммад выходил, впереди него был нур (сияние) Пророка (мир ему и благословение), и, видя его, я потерял самообладание» (Ярагский был из тех любимцев Аллаха, которые наяву (якзат) видели Пророка (мир ему и благословение)).

Шамиль рассказал: «Когда я за разъяснением одного вопроса заглянул в окошечко к Гази-Мухаммаду, то там увидел пять человек. Один из них, подняв палец, обращался к Гази-Мухаммаду. Я не расслышал их речь, но потом выяснилось, что это были Пророк (мир ему и благословение) и четыре его халифа. По повелению Всевышнего Пророк (мир ему и благословение) вручил Гази-Мухаммаду знамя газавата, и повелел (амр) начать священную войну».

Имея такое, исходящее от Всевышнего, повеление Пророка (мир ему и благословение) и благословение муршидов, был начат газават, при котором горстка горцев под началом трех имамов на протяжении более чем 30 лет боролись и оказывали достойное сопротивление хорошо вооруженной сильной и заставившей содрогаться всю Европу Российской Империи.

Талантливый полководец

Большинство наших современников знает об имамах очень мало и лишь краткую биографию, и, как всегда бывает, незнание обрастает домыслами. Не все знают, что они были устазами накшбандийского тариката. А тот, кто не признает авлия (любимцев Аллаха), попадает под Его немилость. В достоверном хадисе, переданном от Абу Хурайры, говорится, что Пророк (мир ему и благословение) сказал: «Поистине, Всевышний сказал, что тому, кто объявит войну Моему вали, Я объявляю войну». Это означает, что того, кто враждует с вали Аллаха, Он погубит. От больших алимов передают, что тот, кто отрицает праведников получит самое меньшее – лишение их (вали) бараката, но есть риск, что его предсмертный миг тоже окажется неправедным. Один из арифунов (познавших Аллаха) сказал: «Когда вы увидите человека, который вредит авлия и отрицает их способности, то знайте, что этот человек отдален от приближения к Истине». Имам Абу Тураб Нахшаби сказал: «Когда сердце отвыкает от Аллаха, то оно начинает критиковать Его любимцев». Большие богословы сказали: «Всевышний не объявил войну никому из грешников, кроме тех, кто отрицает вали, и тех, кто совершает риба (ростовщичество). Всевышний не объявляет войну лишь неверующему». Три имама из Дагестана тоже, без сомнения, являются из числа вали. Велика вероятность того, что те, кто их критикует, попадут в число неприятелей Аллаха. Нужно быть в этом вопросе очень осторожными.

Ни самого имама Гази-Мухаммада, ни его братьев-мусульман не сломили неудачи в бою. Он отправился в лес, что неподалеку от села Казанище и там построил крепость Агач. К нему по наказу царского генерала пришли с войском Шамхал-хан и Ахмад-хан, но были с позором обращены в бегство. Потом Гази-Мухаммад напал на крепость Тарки. Мюриды через отверстия для пушек пробрались вовнутрь. Один гимринец пришел к Гази-Мухаммаду с радостной вестью о взятии крепости. Гази-Мухаммад ответил, что этого не может быть, там есть нечто, что должно случиться по воле Аллаха. С этими словами он проводил мюрида и сказал, что догонит. В крепости шли бои, и в пороховом складе, который захватили мюриды, случился пожар, и он взорвался. В результате погибли 1200 мюридов, среди них было около восьмидесяти мюридов из Чиркея. Видя такие потери среди мюридов, царские войска ожили и пошли на штурм. Гази-Мухаммад три раза врывался в гущу боя и наносил существенный урон противникам. Герой из Зубутли Нурмухаммад саблей зарубил солдата, готовившегося ударить штыком имама.

После этого Абдуллах из Ашильта вместе с мюридами из Салатавии окружил Индирей и крепость царских войск, расположенных там. Туда же прибыл и Гази-Мухаммад. Полтора месяца длилась осада, но, узнав, что к войскам идет подмога, Гази-Мухаммад отступил в местность Чумли. Между прибывающей на помощь царской армией и мюридами произошел ожесточенный бой. Много солдат было убито. Пушку, отобранную у русских в этом бою, имам отправил в Чиркей.

Гази-Мухаммад с войском мог появиться внезапно в любом месте. Видя боеспособность мюридов, царские генералы бывали в растерянности. Как-то Гази-Мухаммад осадил Дербентскую крепость, а через короткое время появился в Кизляре. Он покорил Кизляр и вернулся с богатой добычей и пленными. Один черкес, живший тогда в Кизляре, пишет, что перед приходом войска Гази-Мухаммада вороны, как туча, кружились над крепостью, и солдаты были ошарашены их криком. После того, как ушли мюриды, и вороны тоже улетели.

Через некоторое время имам совершил набег на крепость Владикавказ. Но с помощью лазутчиков царские войска узнали направление его движения. Он два раза совершил набег на крепость и ушел оттуда. В этом походе с ним был и Мухаммад Ярагский. По пути назад мюридам дорогу закрыли 500 конных солдат. Мюриды их истребили, выжили только три человека. Мюриды получили богатую добычу, в том числе, и две пушки. На следующий день туда подтянулись многочисленные войска, и Гази-Мухаммад поспешил оттуда уйти.

После возвращения из Чечни Гази-Мухаммаду сообщили, что на Дагестан идет невиданное доселе войско. Гази-Мухаммад тогда сказал: «Это войско идет на бой со мной, и я умру смертью шахида на пороге своего дома».

Смерть имама Гази-Мухаммада

Шейх Шамиль увидел сон, подобный тому,

Какой увидел Посланник (мир ему и благословение), готовясь к бою в Ухуде.

Саид-афанди из Чиркея

Гази-Мухаммад вернулся на свою родину в аул Гимры и стал его укреплять. Вскоре туда стали прибывать царские войска. Укрепления до их прихода не были завершены.

В ту ночь Шамиль увидел странный сон. Будто он находится в какой-то комнате, его винтовка и пистолет от долгой стрельбы пришли в негодность. Враги взобрались на крышу дома и, пробив отверстия в ней, направили на него винтовки. Шамиль же их отталкивал. После ему удается вырваться оттуда. Как он увидел во сне - так и случилось.

На следующий день, в понедельник третьего дня месяца джумад-уль-аввал 1248 года по хиджре (1832 год), царские войска начали штурм. С самого утра до вечера шли ожесточенные схватки. Вечером отряд мюридов отступил. Ночью Гази-Мухаммад, Шамиль и еще тринадцать мюридов заняли укрепление в башне. Враги окружили башню, некоторые поднялись на крышу и стали ее разбирать. Они через отверстия, пробитые штыками, стреляли в мюридов. Мюриды же, как и приснилось Шамилю, отталкивали ружья со штыками. В башне же хранился порох. Была опасность, что вся башня возгорится и взорвется. Гази-Мухаммад повелел выскочить из нее. А когда он увидел, что мюриды оцепенели, то совершил покаяние (тавбу), прочитал шахаду, вынул саблю и, улыбаясь, обратился к мюридам: «Я думал, что старею. Но я еще полон сил. И умираю ради истинного шариата, защищая свою свободную родину, на окраине своего села. Тот, кто желает умереть как я - пусть умрет со мной!»

Сказав так, Гази-Мухаммад, подобно орлу, вылетел из башни на врагов. Шамиль в это время был чуть далее в башне. Он спросил, упал ли имам? «Упал», - ответили мюриды. Тогда Шамиль сказал: «Вот настал тот день, когда мы не будем носить траур по Гази-Мухаммаду».

Он нисколько не был опечален - рассказывал, что к шахидам приходят гурии до того, как их тела покидают души и есть вероятность, что их ждут гурии на небесах. Шамиль вынул саблю, выбросил ножны, заправил подол черкески за пояс и пулей вылетел из башни…

Тело имама Гази-Мухаммада было опознано с помощью мунафиков (лицемеров), отвезли его в Тарки. Там его сначала повесили на столбе, где тело провисело две недели, а лишь затем похоронили.

Такой была кончина великого сына Дагестана, шахида, алима, муршида, героя, имама, руководившего газаватом три с половиной года - Гази-Мухаммада.

Да сделает нас Всевышний достойными получить его баракат и шафаат! Амин.

Мурадула ДАДАЕВ

Заведующий кафедрой истории ДИУ г. Махачкала

Из цикла статей «Борьба за защиту веры и народа»

Самые интересные статьи «ИсламДага» читайте на нашем канале в Telegram.